БИБЛИОТЕКА
ССЫЛКИ
КАРТА САЙТА
О САЙТЕ





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Критика Джорджа Р. Прайса

В 1955 году Джордж Р. Прайс - младший научный сотрудник отделения медицины Миннесотского университета - дал блистательный анализ исследований по ЭСВ, разобрав в нем весьма подробно вопрос о трюках. Следующее его утверждение должно было бы произвести впечатление не только на парапсихологов, но и на их критиков:

"Как ни удивительно, не только верящие не хотят допускать возможность обмана, но в принципе также и все скептики предпочитают любой другой тип объяснений. Было бы утомительно со ссылками на статистику доказывать, что "плутовство и глупость" поистине "заурядные явления", потому что это и так все знают - но знают рассудком. Однако всякий раз, когда мы пытаемся связать плутовство и глупость с определенным индивидуумом, мы наталкиваемся на поразительную эмоциональную блокаду, и подобная возможность кажется нам неразумной. Вот почему мы встречаем скептиков, ищущих любое другое мыслимое объяснение, тогда как то единственное объяснение, которое является наиболее простым и лучше всего согласуется с повседневным опытом, отбрасывается как немыслимое" [5].

Прайс указывал, что, если бы решил мошенничать сам Соул и если бы он заручился помощью каких-то сообщников, он мог бы подстроить высокий счет многими способами. Прайс описал затем 6 методов, которые, по его мнению, могли применяться. В отрывке, приводимом ниже, Прайс ставит себя в этом эксперименте на место Соула, который решил пойти на обман.

"1. В трюке участвуют перципиент и индуктор. Индуктор подстраивает код, следуя полученным от меня указаниям, а перципиент записывает заранее выученную им последовательность символов или вынимает список из ящика стола, если при этом не присутствуют лица, не участвующие в трюке - "аутсатдеры". (Это наиболее удобная процедура для большинства экспериментов, кроме тех, в которых порядок кодовых карт определяет лицо, не участвующее в трюке. Она обеспечивает успех, когда в роли ЕА и ЕР выступают "аутсатдеры".)

2. В трюке участвуют перципиент и индуктор (или ЕА, или наблюдатель). Порядок кодовых карт определяется лицом, не участвующим в трюке. Индуктор (или ЕА, или наблюдатель) замечает этот порядок, относит его к одной из 6 групп и передает с помощью условного сигнала номер группы перципиенту до или после прогона. Требуется всего лишь 2,6 бита информации*, чтобы определить выбор 1 варианта из 6. Например, индуктор смотрит на рубашки карт и затем говорит "готово", "все готово", "да, я готов", "да, готово" и тому подобное. После этого перципиент вынимает из ящика стола регистрационный лист для указанного варианта, уже заполненный его собственной рукой. (Если лицом, не участвующим в трюке, является индуктор, то порядок карт могут заметить ЕА или наблюдатель во время записи в конце прогона и тут же передать его перципиенту, вставив в разговор условную фразу.)

* (Рассмотрим теперь процедуры, которые можно использовать даже в случае, когда последовательность случайных чисел не известна мне заранее.)

3. В трюке участвуют перципиент и индуктор. Индуктор замечает порядок ключевых карт и передает его перципиенту перед началом прогона (6,9 бита для 120 перестановок). Перципиент выучивает заранее случайную последовательность чисел* и, используя сообщенный ему порядок ключевых карт, мысленно кодирует каждое число. (Этот прием годится для тех случаев, когда лица, не участвующие в трюке, следят за индуктором и перципиентом и тасуют кодовые карты или же когда таким лицом является сам индуктор. В этом последнем случае порядок карт может передавать наблюдатель, который их тасует.)

* (Речь идет о случайной последовательности номеров, которую экспериментатор (Прайс = Соул) заранее составил и сообщил перципиенту перед экспериментом. - Прим. перев.)

4. В трюке участвуют перципиент и индуктор. Они копируют или запоминают списки буквенных символов. Во время прогона индуктор (заслоненный ящиком) записывает номера, отвечающие (прекогнитивно) буквам, которые, как ему известно, записывает в данном прогоне перципиент, а в конце он перераспределяет кодовые карты так, чтобы добиться желаемой степени успеха. Например, в случае записи, показанной на схеме 1 (таблица сопряженности признаков, составленная индуктором и показывающая, сколько раз каждый из символов появился в каждой из позиций), индуктор увидит, что расположение LEGZP дает большое число попаданий. (Эта процедура особенно полезна, когда ЕА является лицом, не участвующем в трюке.)

5. В трюке участвуют перципиент и ЕА. ЕА запоминает порядок кодовых карт и условными сигналами передает во время прогона некоторую информацию перципиенту. Перципиент выучивает заранее некоторую случайную последовательность буквенных символов. Называя серийные номера проб, ЕА всего несколько раз на протяжении каждого прогона слегка меняет голос или варьирует паузы (5 раз на 50 проб, чтобы добиться 14 попаданий). В основном перципиент записывает случайные догадки, но при каждом сигнале индуктора он заносит в регистрационный лист очередную букву выученной им последовательности. (Этот метод я использовал бы, в частности, в тех случаях, когда индуктор, не принимающий участия в трюке, носил бы очки. Тогда следовало бы принять процедуру эксперимента, при которой карты поворачивают лицевой стороной вверх на 30 секунд, а отверстие экрана расположено так же, как на сеансах с миссис Стюарт, что позволяет ЕА при правильном освещении видеть отражения карт в очках индуктора.)

6. В трюке участвуют перципиент и ЕА, а также регистратор или индуктор. В прогонах, когда номера ключевых карт определяются фишками, ЕА извлекает в обусловленные моменты времени фишки нужного цвета или же регистратор подделывает запись извлеченных фишек. А в некоторых экспериментах можно было бы использовать процедуру 1, 4 или 5.

Процедурами, которые могут дать наивысшую степень успеха, если желательны попадания сразу двух типов, +1 и -1, или же двух типов, +2 и -2, являются 1 и 3. Их я и избрал бы для этой цели. Любая другая вполне обеспечила бы счет в 12,68 попадания на 50 проб или счет в 13,77 попадания на 48 проб. В дистанционных экспериментах можно использовать процедуры 1 и 4.

Я мог бы применить и процедуру 2, сообщив перципиенту после сеанса по телефону, какие именно списки он должен послать по почте" [6].

Прайс указывал, что возможны и многие другие процедуры, эти же 6 были взяты как пример, чего можно достичь простыми средствами. В заключение он писал:

"...таким образом, совершенно ясно, что исследования Соула не были проведены со всеми предосторожностями, какие только можно придумать. Эти исследования были бы неизмеримо ближе к "обманоупорным", если бы Соул вместо всех усложнений распорядка попросту использовал бы побольше различных индукторов, которые вели бы передачу по спискам случайных чисел, подготовляемым сторонними лицами и вручаемым самому, индуктору перед началом очередного прогона" [7].

Через некоторое время после того, как Прайс выступил с этой критикой экспериментальных условий, стало известно, что миссис Олберт - один из трех индукторов, с которыми Шэклтон получал сверхвероятностные результаты, - после одного из сеансов утверждала, будто, взглянув в отверстие экрана, она увидела, как Соул, выступавший в роли ЕА, изменял цифры в регистрационном бланке [8]. Не существенно, изменял ли Соул цифры на самом деле или же просто приводил запись в порядок. Но если просмотреть экспериментальные записи, то станет ясно, что этот случай сильно повлиял на дальнейшее распределение обязанностей между экспериментаторами. Обвинение было выдвинуто после сеанса 16, состоявшегося 25 мая 1941 года, а из подробного списка сеансов, приведенного в отчете Соула - Голдни, видно, что до сеанса 16 Соул выступал в роли ЕА всякий раз, когда мишени определялись по заготовленным заранее случайным числам. После этого сеанса он никогда уже не выступал в роли ЕА и на всех сеансах с использованием заготовленных случайных чисел брал на себя роль ЕР. (На одном сеансе Соул вообще не присутствовал, но тогда же отсутствовал и постоянный индуктор, а очки Шэклтона не превысили вероятностного уровня.)

Условия эксперимента Соула - Голдни представляются поэтому такими, что Соул при желании мог жульничать следующими способами.

1. Сеансы от 1 до 4, когда для определения мишеней использовались заранее заготовленные случайные числа. В трюке должен был участвовать перципиент и желательнее всего, но не обязательно индуктор. На этих сеансах Соул играл роль ЕА и он же приносил на эксперимент листы со случайными числами и пустые регистрационные листы для перципиента. Соул мог прибегнуть к первому из методов, описанных Прайсом. Однако, чтобы освободить перципиента от излишнего напряжения памяти на сеансах 3, 7 и 8, когда высокие очки были получены в присутствии ЕР, бланки, врученные перципиенту, могли иметь слабое крапление (скажем, карандашные точки) в трех или четырех графах каждого столбца. Точка в левом верхнем углу той графы, куда Шэклтон должен был занести свою догадку, могла, например, указывать, что при соответствующем испытании сюда следует вписать букву Р. Другие положения этой точки могли бы служить кодом для остальных 4 букв. Шэклтон, который вносил свои догадки карандашом, мог писать поверх крапления, тогда оно становилось незаметным для тех, кто вздумал бы исследовать регистрационные листы после завершения опытов.

Индуктор мог при этом получить указание, как именно раскладывать ключевые, карты перед очередным прогоном, а если бы индуктор не участвовал в обмане, Соул мог записывать не реальный, а нужный ему порядок ключевых карт.

Кроме того, Соул мог записывать порядок ключевых карт не на том листе со случайными числами, который позднее сравнивался с догадками перципиента. Например, он мог бы иметь в запасе лист, на котором среди уже вписанных случайных чисел были бы оставлены в определенных местах пробелы. Порядок ключевых карт заносился бы на этот лист за экраном, а в пробелы проставлялись бы нужные числа. Осуществить этот трюк было бы легко, поскольку и до и во время эксперимента Соул хранил все записи в плоском чемоданчике, который все время находился у него под надзором.

2. Сеансы 15 и 16. В них с появлением нового индуктора, не участвующего в обмане, Соул мог бы в конце прогона записывать на регистрационном листке ключевые карты в нужном ему порядке. Если почему-либо это оказалось бы затруднительным, он мог бы, находясь еще за экраном, изменить код или записать его не на том листе со случайными числами, который впоследствии сравнивался с догадками перципиента.

3. Сеансы с извлечением фишек из сосуда. На этих сеансах Соул всегда выступал в роли регистратора. Он мог вручить перципиенту серийно занумерованные регистрационные листы с карандашным краплением, как указано в пункте 1. Эти листы перципиент использовал бы во время эксперимента. Сам Соул мог бы иметь второй набор крапленных и серийно занумерованных листов (таких же, как у индуктора), которые он и использовал бы в качестве регистратора. Он мог бы при этом делать такие ложные записи, чтобы перципиент получал дополнительные попадания. Соул мог указать индуктору, в каком именно порядке следует разложить ключевые карты. Или же, поскольку с его места были видны карты, лежавшие в ящике перед индуктором, он мог бы обойтись и без помощи индуктора.

Применить этот трюк было бы затруднительно, если бы здесь присутствовал наблюдатель, следящий за записью чисел. Однако из протоколов эксперимента следует, что подобный наблюдатель присутствовал только на 2 сеансах, когда при работе с постоянным индуктором использовались фишки. Первый из этих сеансов - 17 - следовал за шестью сеансами - 7, 8, 9, 10, 11 и 13, на которых употреблялись фишки и которые все без исключения дали высокие очки. На сеансе 14 тоже употреблялись фишки, а сверхвероятностные очки получены не были, но постоянный индуктор как раз на этом сеансе отсутствовал. Таким образом, до сеанса 17 все сеансы, на которых; использовались фишки и присутствовал постоянный индуктор, дали высокие очки.

На сеансе 17 в качестве наблюдателя присутствовал Х. Х. Прайс, профессор логики Оксфордского университета. Первые 3 прогона, когда использовались фишки, он просидел с Шэклтоном, и очки продолжали оставаться высокими. Во время следующих 4 прогонов он сидел так, что видел ЕА, регистратора и индуктора. Число очков упало при этом до вероятностного уровня. Следует отметить, что именно эти 4 прогона в первый и последний раз были проделаны с фишками "в медленном темпе" (со скоростью 5 секунд на пробу).

На следующем, сеансе 18 в качестве наблюдателя присутствовал доктор Х. Г. Бэйнс - член Общества психических исследований. С прогона 1 по 4 он сидел возле Шэклтона, а во время 2 последних прогонов - 5 и 6 - он сидел позади индуктора, "проверяя, как она выбирает карты и записывает фишки, которые показывал ЕА". На этом сеансе с начала и до конца очки оставались на вероятностном уровне.

В следующий и последний раз фишки при постоянном индукторе использовались на сеансе 29; наблюдатель на нем не присутствовал, но и очки все время оставались на вероятностном уровне. Больше экспериментов с фишками не проводилось, если не считать сеансов 30 и 35, на которых постоянный индуктор отсутствовал, а очки оставались на вероятностном, уровне.

Таким образом, вслед за 6 сеансами, на которых мишени определялись по фишкам и устойчиво получались высокие очки, такие же очки были получены также в первых 4 прогонах седьмого из подобных сеансов. Затем, едва за записью мишеней, которую вел Соул, стал следить наблюдатель, очки упали до вероятностного уровня. То же продолжалось и в течение еще 2 сеансов, после чего фишки для определения порядка мишеней больше не использовались, если не считать 2 сеансов, на которых не присутствовал постоянный индуктор, а очки оставались на вероятностном уровне.

4. Сеансы с 17 по 40, для которых заранее заготавливались случайные числа. На таких сеансах Соул неизменно выступает в роли ЕР. И он же, кроме 3 случаев, готовит регистрационные листы со случайными числами перед сеансом.

Пока листы находились у него, он мог серийно перенумеровать листы Шэклтона параллельно с листами, предназначенными для ЕА. Задачей индуктора было бы раскладывать ключевые карты по позициям, заранее определенным для каждого листа. Лист перципиента мог быть снабжен краплением, как описано в пункте 1, или же Соул, который сидел рядом с перципиентом, мог в соответствующий момент подсказывать ему, какой символ следует писать для данной пробы.

5. Сеансы, для которых регистрационные листы со случайными числами готовились на стороне, "аутсайдерами". На этих 3 сеансах - 27, 28 и 34, - когда листы со случайными числами вместо Соула готовил кто-то другой и отсылал затем непосредственно миссис Голдни или миссис Вуленд, выступавшей в роли ЕА, мог употребляться следующий метод.

На сеансах 27 и 34 Соул оставался наедине с Шэклтоном и сквозь щель полуоткрытой двери мог видеть числа, подносимые к отверстию экрана. Поэтому он мог говорить Шэклтону, какой символ следует написать. В трюке, кроме того, должен был бы обязательно участвовать индуктор, который раскладывал бы ключевые карты в условном порядке.

Листы со случайными числами для сеанса 28 принес Ч. А. Мэйс. Числа были заготовлены для него Ч. Ю. Блэшеком из Клэр-колледжа, Кембридж. По мере надобности он передавал эти листы один за другим ЕА (Голдни), и ни Шэклтон, ни Соул не видели их до окончания сеанса. Во время прогонов 1 и 3 Мэйс находился в одной комнате с Шэклтоном и Соулом, а во время остальных сидел возле индуктора.

Этот сеанс представляет особый интерес, поскольку здесь условия были гораздо более строгими, чем на всех остальных. Листы со случайными числами находились теперь у постороннего наблюдателя, и он же следил сначала за перципиентом, а потом за индуктором во время прогонов, когда регистрировались высокие числа очков. Таким образом, во время этих двух прогонов Соул не мог подглядывать сквозь дверную щель за картами с номерами мишеней. Однако в процессе этого эксперимента нормальная процедура, как указывается в протоколе, была изменена.

"По просьбе самого Б. Ш. в метод записи догадок было введено новшество: Б. Ш. и "ЕР" сидели за столом друг против друга. Перед "Р" лежали пять карт с изображениями пяти животных. Когда "Р" слышал серийный номер пробы, он тихо называл свою догадку, а С. Г. С. записывал начальную букву названия животного в соответствующую графу столбца G" [9].

Таким образом, на этом сеансе, единственном, исключавшем всякое мошенничество, кроме прямой подмены передаваемых символов, условия были изменены таким образом, что индуктор слышал отзывы Шэклтона.

В результате для подмены ни перципиенту, ни индуктору не пришлось бы напрягать память.

Из всех разобранных выше трюков затруднение мог бы вызвать только тот, который требовал, чтобы ЕР подсматривал в дверную щель, какие числа ЕА подносит к отверстию экрана. Однако более пристальный анализ отчета об эксперименте показывает, что ни на одном сеансе, кроме сеанса 34, к этому трюку можно было вообще не прибегать.

В оригинальном отчете воспроизведены протоколы только трех сеансов: 8, 28 и 39, однако говорится, что дубликаты всех протоколов этого эксперимента можно получить в Обществе психических исследований. В той копии, которую я получил в сентябре 1960 года, описания сеансов 8 и 39 согласуются с описаниями в отчете Соула - Голдни, однако протокол сеанса 28 выглядит несколько иначе. Замечание о новом методе записи догадок Шэклтона отсутствует. Сообщается только, что он говорил тихим голосом. То же утверждается о предыдущем сеансе, а также и о сеансах 26, 25 и 24.

О сеансе 23, на котором присутствовал Джоуд, говорится, что Шэклтон, выражая свои догадки, иногда касался одной из карт, лежавших перед ним, а иногда произносил начальную букву соответствующей карты. Это первый сеанс, в связи с которым упоминается, что Шэклтон произносил свои догадки вслух. Таким образом, уже на сеансе 23 Шэклтон начал выражать свои догадки устно, из чего следует, что на сеансе 28 мог применяться метод подмены, не требовавший от индуктора никаких мнемонических подвигов.

На сеансе 34 присутствовали только Шэклтон, Соул, Голдни и двое продуктивных индукторов. Прогоны велись в высоком темпе, а в роли ЕА выступала Голдни. Этот сеанс отмечен еще одним нововведением. Экран, закрывавший индуктора, был убран, а пять номерных карт были разложены в ряд на ящике с ключевыми картами. При каждом испытании Голдни смотрела в список случайных чисел и затем указывала на соответствующую номерную карту. Она была полностью занята и сидела спиной к двери между обеими комнатами, и поэтому можно было почти без всяких опасений заглядывать в щель полуоткрытой двери и даже приоткрывать ее побольше, чтобы увидеть, на какую номерную карту указывает ЕА. С другой стороны, индуктор мог подавать условные сигналы, изменяя положение своих ног в соответствии с некиим кодом. Подобные сигналы не могли быть обнаружены Голдни, однако их мог наблюдать из соседней комнаты всякий, кто стоял там у двери.

Используя трюки, сходные с описанными выше, Соул - заручись он помощью еще трех лиц: Бэзила Шэклтона, Риты Эллиот и Дж. Олдреда - мог бы подделать результаты эксперимента Соула - Голдни. Таким образом, этот эксперимент не отвечает цели своих создателей, ибо он не исключает возможности обмана.

Если бы группе независимых исследователей предложили проверить Шэклтона и одного из продуктивных индукторов - сначала в условиях оригинального эксперимента, а затем и с введением дальнейших мер предосторожности, то можно было бы опустить значительную часть весьма скучного анализа.

В настоящее время уже нельзя проверить применялись ли трюки, которые были разобраны выше как возможные. Нельзя обнаружить то или иное крапление, поскольку оригинальные листы пропали, Когда я в 1956 году побывал в Обществе психических исследований, чтобы ознакомиться с материалами эксперимента, я видел только дубликаты регистрационных листов. В письме от 26 января 1956 года Соул упоминает, что оригинальные записи были в 1946 году забыты в поезде. Об этой потере сообщалось затем в мартовском номере "Журнала Общества психических исследований".

Эта пропажа записей в 1946 году несколько не вяжется с одним утверждением, сделанным в 1954 году в "Современных исследованиях по телепатии". Отвечая на критические замечания американского психолога Б. Ф. Скиннера, Соул заявил: "Списки номерных карт, заготовленные до эксперимента, и записи догадок Шэклтона, фиксировавшихся им самим, велись отдельно, и эти независимые записи можно вновь сравнить и проверить в любое время". [10].

Интересно отметить, что Соул, по-видимому, пришел к заключению, что сами исследователи могут использовать списки случайных чисел для подделки результатов. Через 15 лет после окончания эксперимента Соула - Голдни, когда он ставил серию экспериментов с двумя уэльскими школьниками, Соул заявил:

"Мы отказались от списков случайных чисел, подготавливаемых перед экспериментом, ибо без принятия утомительных мер предосторожности подобные списки оказываются заведомо пригодными для мошеннических злоупотреблений со стороны лиц, проводящих эксперимент" [11].

Было бы весьма ценно узнать, какие именно утомительные меры предосторожности были приняты в эксперименте Соула - Голдни. Во время большинства опытов с Шэклтоном списки с начала и до конца находились у Соула, причем обязательным условием, без которого Шэклтон не получал высоких очков, было присутствие именно Соула.

Если проанализировать попадания Шэклтона по их расположению в регистрационном листе, который был разграфлен так, что после каждой пятой графы следовала двойная линия, а после остальных - одинарная (см. рис. 3), - то в экспериментах с высоким темпом обнаруживается ясно выраженный эффект периодичности (рис. 4). Шансы против такого распределения попаданий составляют более 100 к 1. Способность испытуемого делать попадания оказалась, таким образом, зависящей от места догадки в регистрационном листе. Эту периодичность очков трудно объяснить на основе гипотетической прекогнитивной способности, но зато эта периодичность хорошо согласуется с предположением, что испытуемый делал заранее обусловленные "догадки" в заранее обусловленных графах анкеты, а также и с предположением, что регистрационные бланки были краплены с целью указать, где и какие догадки надо делать.

Рис. 4. Эффект периодичности числа очков, приходящихся на последовательные позиции в экспериментах с высоким темпом
Рис. 4. Эффект периодичности числа очков, приходящихся на последовательные позиции в экспериментах с высоким темпом

Когда я в 1960 году сообщил в журнале "Нейчер" об этом эффекте, Соул в ответ указал, что вскрытое мной явление представляет собой интереснейший эффект "сегментального выделения", который прежде ускользал от внимания. Об эффектах выделения сообщал Райн в "Экстрасенсорном восприятии", пользуясь этим термином для описания вариаций уровня очков в различных позициях прогона. Обычным эффектом выделения была тенденция получать попадания на 5 первых и 5 последних мишенях прогона, однако еще один эффект выделения напоминал периодичность очков, присутствующую в данных Соула. Этот эффект "выделения" присутствовал в результатах экспериментов по методике ВТ-5, когда догадки испытуемого сличались с мишенями после каждых 5 испытаний.

В одном из проведенных мною опытов студентам было предложено выбрать наугад и пометить карандашной точкой 4 или 5 позиций в каждом столбце регистрационного бланка, сходного с тем, который изображен на рис. 3. Было обнаружено, что суммарное распределение не является случайным и некоторые студенты в пределах блока из 5 позиций между двойными линейками предпочитают одни позиции и избегают других. У них проявлялись эффекты сегментального выделения, сходные с эффектом, который наблюдал Райн, или с эффектом, который присутствует в записях Шэклтона, относящихся к опытам с высоким темпом.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2010-2017
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://ezoterikam.ru/ "Ezoterikam.ru: Библиотека о непознанном"